Продажа экспортной выручки может помочь экономику - эксперт

Девальвация рубля помогла экономике в 1998 году. Нынче ее может угодить недостаточно

Объем ВВП России за октябрь сократился на 0,4%. При этом объем денег в экономике всего за два месяца уменьшился на 7%. Такие темпы сокращения денежной массы могут привести к рецессии экономики в каждый стране, предупреждают эксперты, но частичное валютное регулирование могло подсобить совладать с дефицитом средств.

После локального кризиса 1998 года подъем российской экономики резво восстановился. Этому в немалой степени способствовали резкая девальвация рубля и разворот цен на нефть в сторону роста. Сегодняшняя обстановка отличается тем, что теперешний финансовый и экономический кризис - глобальный, и в России, скорее, проявляются только некоторые его отголоски. При этом нефть продолжает дешеветь.

Дешевый целковый - не панацея

Девальвация и в эти дни могла бы сделаться мощным и быстродействующим стимулом для роста экономики. Есть и другие сопоставимые с ней по эффективности инструменты, но они требуют больше времени, отмечает первейший экономист инвестиционной компании "Ренессанс-Капитал" Катя Малофеева. Занятие в том, что увеличение экономики замедлился или уже остановился отнюдь не по причине резкого падения цен на нефть или сокращения объемов ее экспорта. Главная задача - в финансовой системе. Банки до минимума сократили кредитование приятель друга и компаний, а все последние годы русский коммерциал расширялся преимущественно за счет заемных средств. Для возобновления экономического роста необходима нормализация работы банковской системы.

"Этот ход требует длительных усилий и решительных мер, - продолжает Малофеева. - Больше того, российская финансовая организация не сможет воротить себе полную функциональность, покуда та не вернется в мировую финансовую систему".

Главные проблемы российской экономики, которые при определенных условиях могут привести ее к рецессии, то есть к нулевой либо слабоотрицательной динамике, надобно выискивать не в мировых ценах на нефть, а на финансовом рынке самой России, соглашается работник Гуверовского центра Стэнфордского университета в США профессор Михаил Бернштам. Он обращает внимательность на нехитрый факт: за сентябрь-октябрь 2008 года объем денежной массы в России сократился с 14,5 триллиона рублей до 13,5 триллиона. "Семь процентов за этакий недлинный срок - это катастрофическое падение! При таких масштабах сокращения денежной массы депрессия может предстать в всякий стране мира, причем всего за немного месяцев".

Денежная масса сокращается, оттого что Центральный банк, продавая доллары из своих резервов для сдерживания падения курса рубля, по сути, "вытягивает" рубли из экономики. По мнению Михаила Бернштама, складывающаяся ситуация отчасти напоминает "долговой" азиатский кризис 1997 года. И изменить ее не в состоянии более того девальвация рубля.

Назад в 90-е

Механизмы решения этой проблемы уже применялись в самой России для преодоления последствий кризиса 1998 года, продолжает Михаил Бернштам. Нефть по-настоящему начала дорожать лишь с 2004 года, напоминает он, в предыдущие пять лет средняя стоимость не превышала 30 долларов за баррель. Но экономический рост возобновился в России существенно раньше, чем цены на нефть пошли вверх.

Одним из наиболее действенных факторов послужила обязательная продажа валютной выручки экспортерами. "Центральный банк скупал доллары, не только наращивая свои резервы, но и печатая под них новые рубли, которые поступали в экономику. И уже вскоре дефицит бюджета сменился его профицитом, исчезли хронические неплатежи в экономике, и начался ее рост", - объясняет Михаил Бернштам.

Позже обязательная продажа валютной выручки российскими экспортерами была понемногу отменена - в условиях скоро растущих цен на нефть ее образ с успехом выполняли экспортные пошлины. Потом Российская федерация на практике распрощалась с валютным регулированием в целом, и в последние недели руководители ЦБ Россия неоднократно заявляли, что не видят оснований для возвращения к подобной практике.

Валютный надзор - явление сильно широкое, и в данном случае речь идет лишь об крайне узком его секторе, а аккурат о контроле оттока капитала, возражает Михаил Бернштам. О регулировании притока капитала или обменного курса национальной валюты речи не идет. "После кризиса 1997-1998 года в международных финансовых организациях и посреди ведущих экономистов сформировалось мнение, что для развивающихся стран контроль оттока капитала в кризисных ситуациях - правильная и спасительная мера", - напоминает сотрудник Гуверовского центра Стэнфордского университета.

По сути, между обязательным возвратом экспортерами части своей валютной выручки и экспортной пошлиной, взимаемой с них государством, отличалка лишь количественная, продолжает он. "В условиях, когда цены на нефть падают, а экспортная пошлина снижается, неукоснительный возврат части валютной выручки означает, что предприятия будут уплачивать налоги, а Центральный банк сможет пополнять свои резервы. Речь идет о техническом усовершенствовании уже известных мер и о том, чтобы привязать их к условиям кризиса" - уверен Михаил Бернштам.

Keywords: